Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
17:14 

Еврейский квартал Варшавы, 1939 год

Таэлле
sugar and spice and everything nice


На заголовок на ютюбе обращать внимания не нужно - это лето 1939 года, нет еще никаких гетто. Просто люди. Люди, которые пока еще живы (я сразу вспомнила фотографии Альтера Кацизне - то же пугающее чувство окна в уничтоженный мир. И - фото в краковском музее, пустой квадрат среди полей в галицийской деревушке, "здесь было еврейское кладбище")

... как ни странно, у меня нет здесь стихотворения Виславы Шимборской "Еще".


ЕЩЁ

На вагонах пломбы виснут,
Груз имен в вагоны втиснут,
А в какую они сторону покатят
И насколько груза хватит,
Не отвечу, не выспрашивай, не знаю.

Имя Мендель лоб о стены разбивает,
Имя Лейб сошло с ума и распевает,
Имя Сара ищет воду по вагону
Умирающему имени Арону.

Не срывайся, не мечись. Ещё ведь рано.
Горе с именем Давид сведёт в могилу.
Тяжело оно, бездонно, окаянно,
И носить его по свету не под силу.

Имя лучше бы славянское дала,
Потому что здесь на каждом ставят мету
И добро здесь отличают ото зла
Лишь по имени да, может быть, по цвету.

Ещё рано. Пусть же сын зовётся Лехом.
Ещё рано. Пусть же вырастет белёсым.
Ещё рано. Передразнивая смехом,
Где-то полночь отзывается колёсам.

Над землёй прошла такая туча люда,
и слеза всего лишь капнула оттуда,
лишь одна, не задождило, сушь по гарям.
Путь уводит чёрным лесом. Без прогалин.

Так-то так. Колёса стукают по стыкам.
Так-то так. Идет состав, гружёный криком.
Так-то так. Ночами слушаю без сна,
Как в безмолвие стучится тишина.

@темы: поэтическое настроение, история евреев, видео

URL
Комментарии
2017-03-27 в 19:26 

Angstsourie
let's walk another way
К вопросу о слове "гетто" и прочем - как в Польше прошла отмена черты оседлости? Насколько широко успели разбежаться и насколько удачно ассимилироваться?
В России вроде с этим вышло не то чтобы радужно, если я те книжки читала...

2017-03-27 в 20:01 

Таэлле
sugar and spice and everything nice
Angstsourie, не все _хотели_ ассимилироваться и разбегаться - это не гетто, но я много видела упоминаний тех, кто встретил войну детьми и подростками, что в их жизни не было не-евреев. Вполне состоятельные при этом семьи, но вот такая отдельность - друзья, соседи, коллеги, школы, врачи, все свое, еврейское.
Но, насколько я понимаю, как раз в конце двадцатых годов пошло-таки давление против этой параллельной жизни, многонациональная Польша стала стремиться стать национальной (не только на евреев давление, просто евреям менее очевидно было, куда надо уезжать). А так-то я плохо это все пока знаю, увы.

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Неискоренимая привычка размышлять вслух

главная